«Фантастические твари» — фантастически ужасный фильм — FoxTime

«Фантастические твари» — фантастически ужасный фильм

17.11.2018

Анастасия Дорогова

Кино Обзор
image

FoxTime сходил на новую часть вселенной «Гарри Поттера» и пришел к выводу, что «Фантастических тварей» сняли фантастические твари, а преступления создателей фильма против всеми любимого мира волшебников куда хлеще преступлений Грин-де-Вальда.

Сразу предупредим: редакция FoxTime — ярый фанат саги о Мальчике, который выжил. И если к первой части «Фантастических тварей» были вопросы о откровенно притянутому за уши сюжету и чрезмерному пафосу, то второй фильм не оставляет места объективности.

Понять сюжет без привязки к первой части невозможно — и перед походом (если вы все же решитесь) стоит хорошенько обновить в памяти историю о мальчике-Обскуре, который становится условно центральной фигурой сюжета. Весь фильм, параллельно с преступлениями Грин-де-Вальда, посвящен тайне рождения Криденса Бэрбоуна, который своей темной силой уже чуть не разнес половину Нью-Йорка. Теперь зритель, спотыкаясь о бесконечные ошибки в сюжете и временные несостыковки с основной сагой, должен играть в массовку на передаче «Жди меня» и искать мать Криденса.

Количество слабых, затянутых и ненужных сцен зашкаливает. Время уделяется не просто второстепенным, а третьесортным персонажам, которые растягивают хронометраж. Периодически зритель со «Жди меня» переключается на дешевые безмозглые сериалы с телеканала «Россия»: долгие взгляды в никуда, «Я твой брат», «Ты моя сестра»… Мы действительно на тот фильм пришли или на мыльную оперу образца 2005 года? 

Постоянные скачки между сюжетными линиями, недоговоренность, необъясненные нюансы, мотивация и рваная причинно-следственная связь приправляется неслабым нарушением хронологии. Так, в 1927 году в Хогвартсе уже преподает Миневра Макгонагалл, хотя по всем расчетам она родилась лишь в 1935-м. Если уж говорить о Школе чародейства и волшебства, то почему молодой Дамблдор оказывается в кабинете Защиты от темных искусств и преподает заклятие от боггарта, когда по канону он был преподавателем трансфигурации (как и Макгонагалл в «Гарри Поттере»), ведь именно эти преподаватели по традиции становятся директорами.

Что касается главного антигероя, Грин-де-Вальда, то вся его идеология по главенству волшебников над магглами сильно отдает фашизмом. И если уж говорить об остросоциальных темах, то в погоне за толерантностью и так называемой расовой diversity (из-за которой в постановке «Проклятое дитя» мы получили чернокожую Гермиону), герои превратились в максимально «цветных». Каким-то чудом в Париже конца 20-х оказываются чернокожие волшебники в большом количестве. Кажется, расовая дискриминация в кино обернулась уже против белых.

Радуют мелочи, напоминающие об оригинальной саге, например (спойлер!) появление создателя философского камня Николаса Фламеля или сцены уроков в Хогвартсе. Но и здесь все не без греха: герои трансфигурируют на территорию школы, когда Роулинг тысячу раз повторяла, что сделать это невозможно, ведь Хогвартс находится под мощной защитой от внешнего мира.

В целом, остается ощущение, что авторы начитались самых безумных и низкопробных фанфиков из Интернета и решили в очередной раз собрать неплохую сумму на любви поклонников. И, кстати, самих фантастических тварей, за которыми так гоняется Ньют Саламандер, в фильме совсем немного.

Текст/ FoxTime Анастасия Дорогова

Фото/ Warner Bros.

Рассказать друзьям